Рис. 222. Ущелье реки Сох (сев. склон восточных отрогов Туркестанского хребта). 21 июля 2004 г.

Очередная, 7-я немецко-киргизско-казахская зоологическая экспедиция в Алайский и Туркестанский хребты проходила с 15 июля по 2 августа по маршруту: Бишкек – пер. Тюз-Ашу – Сусамыр – Чичкан – с. Токтогул (1-й лагерь; 15/16.07) – Джалалабад – Ош – 15 км южнее (2-й лагерь; 16/17.07) – г. Кызыл-Кия – Абшир-ата (3-й лагерь; 17-18.07) – 1-й анклав Шахимардан – с. Иордан – ущелье Дугоба (4-й лагерь; 19/20.07) – с. Иордан (ремонт) – г. Хайдаркан – 2-й анклав – предгорья р. Сох (5-й лагерь; 20/21.07) – ущ. Реки Сох – приток Калай Махмуд (6-й лагерь; 21-22.07) – город Баткен (областной центр) – таджикский анклав, с. Ворух – р. Каравшин у входа в ущелье, погранпост (7-й лагерь; 23/24.07) – среднее течение р. Каравшин, ур. Бейсемас (8-й лагерь; 24-25.07) – с. Ворух – р. Чечекты, приток Кшемыша (9-й лагерь; 26/27.07) – Ворух – с. Сурх – г. Исфара – Баткен – Хайдаркен – ночёвка перед Шахимарданом (10-й лагерь; 27/28.07) – Кызыл-кия – Исфайрамсай – ночевка на погранпосту в урюковом саду (11-й лагерь; 28/29.07) – верховья Исфайрамсая и возврат в среднее течение (12-й лагерь – всего 8 км от 11-го; 29/30.07) – Кызыл-кия – Ош – Узген – с. Красный Маяк в 9 км от Узгена (13-й лагерь, у брата Асека; 30/31.07) – Ташкумырское вдхр (купание) – Токтогул – Чичкан (14-й лагерь; 31.07/1.08) – перевал Алабель – перевал Отмёк – верховья Таласа (15-й лагерь; 1/2 августа) – Сусамыр –Тюз-Ашу – Карабалта – Бишкек (2 августа). Как видно, основной целью было посещение Алайского и Туркестанского хребтов с заездом в новые места Западного Тянь-Шаня. Ещё одна особенность маршрута – он наименее высокогорный из всех предыдущих.

Участники: 11 немецких зоологов (Prof. Gerd Muller-Motzfeld, Dr.Hans-Jorgen Gottschalk, Dr.Roland Schultz, Werner Lakomy, Markus Lange, Dr.Martin Trost, Dr.Volker Meittzner, Volker Wachlin, Marco Perchmann, Anne Ziebartth, Dr.Reinhold Loch); три зоолога из Кыргызстана (В.И. Торопова, её аспирантка Анара Абдыкуловна Алымкулова, Наташа Голубцова – аспирантка Л.А. Кустарёвой); два водителя (Дмитрий Подопрыгоров и Асек Абдыкулов), возившие нас и в прошлом году. Из 11 немецких участников экспедиции только двое (Martin Trost и Marco Perchmann) были новенькими, остальные были нам уже хорошо знакомы.

Рис. 223. Обсуждение маршрута предстоящей экспедиции. Бишкек, вечер 14 июля 2004 г.
Рис. 224. Первое приключение в первый же день. Северный берег Токтогульского вдхр.
15 июля 2004 г.

Рис. 225-226. Первая ночёвка и проверка работы светоловушек. Токтогульское вдхр. 15 июля 2004 г.

Утро 16 июля выдалось очень влажным, с красивыми облаками вдоль гор (рис. 227-228). Координаты нашего первого лагеря 41^о52.784 min с.ш. и 072^o54.384 min в.д., абс. высота 1620 м. Вокруг нас над мелководной заводью водохранилища летают более 100 городских ласточек (Delichon urbica) и среди них – около десятка чёрных стрижей (Apus apus); стаями по 10-30 пролетают розовые скворцы (Pastor roseus). По дороге южнее Ташкумыра вскоре началась Ферганская долина, и близ с. Кызылту, где были ажурные опоры ЛЭП, на протяжении 5 км трассы мы насчитали 13 гнёзд белого аиста. В одном из них было три птицы. А потом пошли гладкие бетонные (трубчатые) или деревянные опоры, и гнёзда кончились.

Рис. 227-228. Первый лагерь на сев. берегу Токтогульского вдхр. утром 16 июля 2004 г.,
после дождя.

Вечером 16 июля мы заночевали на адырах у шоссе в 15 км южнее г. Ош, а утром 17 июля продолжили свой стремительный марш на юг, в направлении Кызыл-кия. На месте ночёвки – сухая степь с глинисто-конгломератовыми обрывами у дороги. Местами – высохшие тысячелистник (Achillea millefolium) и василек чешуйчатый (Centaurea squarrosa). Фоновая птица здесь – двупятнистый жаворонок (Melanocorypha bimaculata), много майны (Acridotheres tristis) и желчной овсянки (Emberiza bruniceps), на проводах нередки сизоворонка (Coracias garrulus) и деревенские ласточки (Hirundo rustica), а в небе летают орёл-карлик (Hieraeetus pennatus) и две степных пустельги (Cerchneis naumanni). Здесь же удалось наблюдать удивительную картину: на сухих склонах адыров среди отары овец около 50 чёрных индюков – пасут их, как баранов! Впервые такое вижу!

Минуя пару сёл, мы через полтора часа въехали в город Ноукат. По спидометру это 440 км от Бишкека. Сёла здесь очень зелёные и даже промежутки между ними, которые заняты если не огородами (появилась картошка!), то садами. Так, в одном месте мы более километра ехали среди урюкового сада. Как лесопарк! А вдоль речек – хорошие лёссовые обрывы. В 12.05 остановились за селом Кокжар на р. Кокжар с хорошим галечником. Здесь оставили энтомологов для сбора материала, а сами поехали в город Кызылкия за Наташей Голубцовой, которая присоединилась к нашей экспедиции именно здесь. Вернувшись в 14 час к остававшейся на р. Кокжар части группы, мы поехали в ущелье Абширата, через 10 минут свернули вправо, к горам. Въехали в ущелье с высокой аркой. Слева – огромный обвал, дошедший до дороги; за ним сверху донизу гряда скал, а за ней – такой же мощный оползень, видимо, этого года – грандиозная картина! Дорога пошла круто в гору, но пока ещё идёт асфальт. Вдоль дороги по ущелью – сёла и огороды. Ивовый тугай с включениями тополя. Три моста, построенные каким-то Камчибеком (о чём каждый раз извещают аншлаги на двух языках!). В тугае слышны голоса ремезов (Remiz coronatus) и синих птиц (Myophonus caeruleus), вверху кружит бородач (Gypaеtus barbatus).

Рис. 229-230. Лагерь в ущелье Абшир-сай (хребет Кичи-Алай) и аксакалы. 17 июля 2004 г.
Фото из архива автора

Чуть ниже знаменитого в этих местах водопада – турбаза «Абширата» (частное владение!), здесь нас пропустили только за деньги. Поднялись под 2000 м и стали среди арчевника (1874 м). Пришлось переждать дождь, чтобы поставить палатки. Сам нацпарк, в который мы направлялись, находится в соседнем ущелье. Зато хребет, по карте Мюллера, называется Кичи-Алай (а ущелье – Абшир-сай). Высокоствольная арча (Juniperus zeravschanica), редкоствольна, среди разбросанных камней и низкотравных лужаек. Склоны сухие, лиственных кустарников почти нет. Здесь мы устроили днёвку, т.е. ночевали две ночи. В первый вечер отпраздновали день рождения Роланда, а на второй день поднимались в верховья ущелья. В 6 км выше лагеря, куда нам удалось подняться на машине, – Голубое озеро (высота 2100 м) в теснине, как в глубоком каменном мешке размером 400х100 м. Само озерко не более 200х100 м и вокруг него – галечник такой же по площади. По обе стороны – почти отвесные скалы с редкими кустами арчи.

Рис. 231-234. Голубое озеро в ущ. Абширсай и водопад в нижней части ущелья – место встречи белоножки 19 июля.

Птиц немного, самые интересные для меня – скалистые ласточки (Riparia rupestris), индийская пеночка (Phylloscopus griseolus) и горихвостка чернушка (Phoenicurus ochruros). Здесь же, у скал над озером, с криком летает около 30 альпийских галок (Pyrrhocorax graculus), а высоко в небе – какой-то сип (Gyps fulvus? Gyps himalayensis?). Маркус сегодня видел трёх кумаев (Gyps himalayensis), арчовую чечевицу (Carpodacus rhodochlamys), рыжешейную (Parus rufonuchalis) и желтогрудую (Parus flavipectus) синиц, а также седоголовую горихвостку (Phoenicurus coeruleocephalus).

Утром 19 июля мы выехали вниз и, проезжая мимо водопада, наконец, увидели пару белоножек, или водяных дроздов (Microcichla sqouleri). Эту птицу я мечтал увидеть с 1960 года, с тех пор, как её якобы увидел у водопада Кши-Каинды М.Н. Корелов; работая в этом ущелье в последующие шесть лет, я всё время помнил о белоножке и пытался её искать. В этот раз, у водопада Абширата, мы увидели белоножек дважды. Людей эта птичка не боится – она садилась на перила мостика около самого водопада, у торговой точки. Эта пара явно гнездится здесь, на скалах у водопада. Для меня это была самая незабываемая встреча! Все остальные птицы показались такими банальными…

Рис. 235. На базаре в Кызыл-кия, 19 июля 2004 г.

В полдень, отоварившись на базаре в Кызылкия (рис. 235), мы выехали на запад. Ландшафт: сёла, хлопковые поля и обрубленные до ствола деревья тутовника. В 13.15 – пост пограничного контроля около первого узбекского анклава. Проверка паспортов и ожидание. В 13.20 поехали дальше на запад, а через 10 км снова погранпост. На самом деле анклав находится севернее, но дорога на этом участке разделена вдоль – половина киргизская и половина узбекская! В 14 час всё ещё идём на запад вдоль гор, но уже вплотную к ним. Полноводная речка Аккия. Исфайрамсай мы проскочили. Идём на Шахимардан. Час простояли на погранпостах, после которых въехали в узбекский посёлок Шахимардон. Здесь многолюдно – качели и карусели – какой-то праздник. Стали прижиматься к горам – сухим, скалистым, с отдельными кустами арчи. Достигнув 2000 м в пос. Иордан, мы сразу за ним въехали в ущелье. И здесь сломалась машина Дмитрия. Надеясь, что поломка минутная, мы пошли пешком вперёд, чтобы понаблюдать птиц и пособирать насекомых. Пока машина буксовала, я успел увидеть двух великолепных кумаев (Gyps himalayensis) и найти под скалой недавно утерянное перо филина (Bubo bubo). Однако, когда и через час всё оставалось по-прежнему, пришлось нам на второй машине в 19 час добираться до гостиницы немного выше пункта КСП (контрольно-спасательного пункта альпинистов) и отправлять Асека с ней вниз, на помощь Дмитрию. Хозяин Омар поселил нас в гостинице с барной стойкой, музыкой, дискотекой и даже сауной, которой не преминули воспользоваться наши женщины (немцев вполне устраивали ледяные горные речки, в которых они совершали тотальное омовение каждое утро!).

В этой гостинице мы вечером и отметили день рождения Мюллера. А жена Омара Толкын рассказала, что домик этот принадлежал какому-то дяде Юре, который умер (портрет его висит на стене); владеют домом его вдова и сын, проживающие в Фергане. Омар уточнил: Юрий Петрович Гришин угорел здесь в сауне, а дома эти строили солдаты и, когда Юрий Петрович «пролетел» с бизнесом (у него пропали несколько вагонов леса), то дома эти подарил ему его друг – генерал Полуянов (большой человек!). А ущелье это называется Дугоба, по имени речки Дугоба, правобережного притока реки Аксу (в чём мы завтра и убедимся). Горы вокруг называются Коллекторский хребет.

Дмитрия и машину привезли на буксире уже по темноте. При этом наши друзья-водители умудрились по дороге потерять ящик с тушёнкой, что в условиях экспедиции было весьма ощутимо…

Место этого, четвёртого по счёту, лагеря (во дворе гостиницы-ресторана!) было очень живописным. Вокруг – густой высокоствольный арчевник, настоящий лес!! По руслу бурной речки – густой ивняк, а наверху склона западной экспозиции – скалы с арчой. Синяя птица (Myophonus caeruleus) жила рядом с нами, а чуть повыше гостиницы мы наблюдали пару белоножек (Microcichla sqouleri), кормившихся на перекатах воды через плоский камень посередине речки Дугоба (рис. 237).

Рис. 236. Празднование дня рождения Герда Мюллера в «4-м лагере»  – ущелье Дугоба.
19 июля 2004 г.
Рис. 237. Местность за стенами ресторана, где встречены белоножка и водяная горихвостка.
19 июля 2004 г.

Рис. 238-239. Коллекторский хребет, склоны в средней и верхней части ущелья Дугоба.
20 июля 2004 г.

Наутро 20 июля нас ожидал ещё один приятный сюрприз: метров 300-400 выше по речке мы наткнулись на трёх ярких самцов белошапочной горихвостки (Chaimarornis leucocephalus), отличавшихся от краснобрюхой горихвостки (Phoenicurus erythrogaster) только отсутствием белых зеркал на крыльях. Они гонялись друг за другом, распуская хвосты, на крупных камнях над речкой и под кронами деревьев арчи. После нас с Маркусом этих трёх самцов видели еще 4 человека. А синяя птица оказалась здесь просто многочисленной: в то утро мы встретили три выводка (из 3, 3 и 4 уже хорошо летающих птенцов), которых ещё кормили родители. Ещё двух белоножек видел утром Йорген – там же, где вчера мы с Маркусом, а Мюллер видел одного повыше.

В 10 час выехали вниз. В лучах вышедшего из-за склона солнца великолепно смотрелся альплагерь: не только остроконечные крыши швейцарского типа, но и стены, сделанные полностью из стекла! Через час в с. Иордан (узбекский анклав) – ремонт машины Дмитрия под красивыми красными скалами (рис. 221). Праздничный день, многолюдье. Здесь мне показали место впадения р. Дугоба в Аксу, которая протекает по окраине села, отделяя его от красных скал, именуемых здесь Кызылдаг. А в 12 км ниже в Аксу впадает другая речка – Коксу, которая вытекает из Голубого озера. Маркус видел на скалах скалистого поползня (Sitta tephronota) и стервятника (Neophron percnopterus). В 12.30 привезли деталь (дифференциал!), и мы поехали дальше, решив поставить её уже в новом лагере. В с. Шахимардан какой-то митинг, на котором выступает оратор, тоже праздник и многолюдье, даже водяные велосипеды на небольшом пруду посередине села. В 13.10 мы быстро прошли погранпост и поехали на северо-запад, а потом – на запад. Река Аксу очень многоводная, вода в ней коричневая.

В 14.15 въехали в Айдаркен (раньше был Хайдаркен). Это рудник, здесь добывают ртуть. Село очень зелёное, обсажено пирамидальными тополями, а рядом – высокие терриконы. Перед самым Айдаркеном всего в 20 м над шоссе летит стервятник (Neophron percnopterus) с тёмным верхом. А на базаре в Айдаркене господствуют полевые воробьи (Passer montanus), домовых (Passer domesticus) здесь я так ни разу и не увидел. Поиски подходящего места для лагеря и ремонта машины в сухих галечниковых предгорьях близ Айдаркена не дали результата. Пришлось ехать дальше. Только в 16.10 повернули влево с трассы, чтобы объехать очередной анклав и выйти на реку Сох. Но, проехав много километров вдоль каких-то садов, напоролись на патруль и вынуждены были вернуться по плохой дороге назад.

Между селами Сой и Кштут – сотни грачей (Corvus frugilegus). В 17 час под проливным дождём с нами уже вёл душеспасительные беседы офицер погранпоста, который особенно изощрялся, видя в машинах женщин (скучно ему здесь!). В 18.35 дождь перестал, а регистрация все ещё продолжалась. Только в 19.10 нас отпустили, а через полчаса вышло солнце и пыталось светить сквозь морось. Всё везде мокрое. В 20.30 стали лагерем на правом берегу р. Сох, так и не доехав до села, где собирались переночевать. От Кызылкия это всего 213 км, даже ближе, если учесть, сколько наколесили мы по просёлкам в попытках объехать анклавы.

Рис. 240. Общий вид Туркестанского хребта и наш лагерь № 5 на р. Сох в предгорьях.
21 июля 2004 г.

Место нашего лагеря № 5 – замытый дождями глинисто-галечниковый бугор с очень редкими прутиками белой полыни типа австрийской (Artemisia austriaca) на высоком каменистом правом берегу реки Сох в предгорьях перед селом (абс. высота 1 224 м). Река течет в каньоне глубиной 40-50 м с галечниково-глинистыми обрывами. Каньон узкий, дно его 20-30 м. На той стороне – абрикосовые (урюковые) сады.

Утро 21 июля выдалось ясное, тихое, с росой! За два часа экскурсии по адырам – буграм с редкой белой полынкой – удалось установить, что чаще других птиц здесь встречается каменка-плешанка (Oenanthe pleschanka), реже – каменка плясунья (Oenanthe isabellina), хохлатый жаворонок (Galerida cristata) и полевой конёк (Anthus campestris); все они носили корм птенцам. Здесь же встречены: скальная овсянка (Emberiza buchanani), каменный воробей (Petronia petronia) и два вида сорокопутов – чернолобый (Lanius minor) и туркестанский (Lanius phoenicuroides). А на берегу самой реки пролетела даже одна синяя птица (Myophonus caeruleus).

Рис. 241. Вид на лагерь № 5 с востока на запад.  Рис. 242. Вид на хребет с адыров. 21 июля 2004 г.

В жаркий полдень мы выехали из 5-го лагеря в горы, в ущелье реки Сох. Проехав с. Кыштут, въехали в очень сухое ущелье. Речка здесь течёт в глубоком каньоне, а дорога проходит посередине склона, где каждая горизонтальная площадка освоена под сёла и сады. В урочище Дара – село Тунуксу и еще 4 села. Все они с виду узбекские: усадьбы обнесены глиняными дувалами, много пирамидальных тополей и везде урюковые сады. По дороге – облепиха и боярышник.

Рис. 243-244. Дорога и сёла в сухом безлесном ущелье реки Сох. 21 июля 2004 г.
Фото Roland Schultz и автора

В 15.35 – указатель к крепости Кудояр-хан. Везде урюк, кукуруза, посадки табака и насвай; везде дувалы – тоненькие (толщина всего 10 см) и высотой 1 м, например, в селе Кян, с великолепным урюковым садом-парком, где мы набирали воду в колонке. Здесь же и магазин с нарисованными тиграми. В сёлах встречаются горлицы – кольчатая (Streptopelia decaocto) и египеткая (Streptopelia senegalensis), а между ними – большие горлицы (Streptopelia orientalis), иволги (Oriolus oriolus), пустельги (Cerchneis sp.). Сразу же после переезда на левый берег р. Сох – крутой подъём вверх и снова село. Высота здесь всего 1550 м (просто очень длинное ущелье, с пологим подъемом). Очень старые деревья! Дорога идет серпантином по крутому левому склону, а ниже дороги – почти отвесный склон глубокого каньона, страшно смотреть. А на неширокой террасе, по которой идет дорога – сёла, обсаженные тополями и с урюковыми садами, кукурузными огородами (местами – даже цветущая картошка).

В 17.30 стали лагерем № 6 выше последнего села. Это уже не сама река Сох, а её левобережный приток, судя по карте – Калай-Махмуд. Дорога здесь впервые спустилась в русло притока, и здесь среди камней мы смогли найти клочки относительно ровного места для палаток. Между камнями – деревья и кусты берёз и других лиственных пород. Судя по спидометру, мы проехали по ущелью 41 км. Абсолютная высота здесь 1800-1820 м. Этот левый приток р. Сох течёт с запада на восток. Склоны крутые, скалистые, с осыпями и крупными камнями. Арча растёт единичными кустами, как и лиственные кустарники. По руслу – берёзы, облепиха, пирамидальные тополя (посажены, молодняк).

В 18.20 лагерь уже готов: палатки стоят, и кухня работает… На наших глазах очень яркий чеглок (Hypotriorchis subbuteo) поймал какую-то красную птицу (скорее всего, обыкновенную чечевицу) и на той стороне речки «разделывает» её на скале на виду у всех.

Рис. 245-246. Калай Махмуд, приток реки Сох, выше последнего села. Лагерь № 6. 22 июля 2004 г.

Утренняя экскурсия 22 июля показала, что птиц здесь мало и песен их не слышно. Однако мне удалось в нише отвесной скалы, на высоте около 7-8 м, найти гнездо синей птицы (Myophonus caeruleus) с 4 большими птенцами, уже сидевшими друг на дружке – вот-вот вылетят. Родители их оказались очень осторожными, как будто понимали, что я пытаюсь снять их на видео, – за 5 часов прилетели всего три раза!

Утром 23 июля мы покинули Калай-Махмуд. Набрав на обратном пути воду в с. Кян, около старого урюкового парка, мы потратили полчаса на осмотр крепости Кудояр-хана (XI век). Глинобитная стена огораживает её со всех сторон, в т.ч. и со стороны соседнего ущелья. А внутри этой ограды – великолепный урюковый сад. В 12 час вышли на трассу. Снова проверка паспортов, но на сей раз недолго – уже в 12.20 мы направились дальше. Странно: киргизский погранпост находится только через пять км после узбекского (это чья же земля – ничейная?). Степь выгоревшая, каменистая, но всё-таки она похожа на степь (есть злаки).

Окраины города Баткен достигли в 13 час. Рядом с офисом губернатора Шадиева – старый Ленин. Беседы с заместителем губернатора и с представителем Таджикистана. До 15.40 провозились с документами. 16.30 всё ещё Баткен, частная заправка «Россия, Уфа, гарантия качества»! (рис. 247).

Рис. 247-248. Областной центр город Баткен. Частная заправка и незаменимый базар.
23 июля 2004 г.

Здесь везде обычна майна (Acridotheres tristis), встречаются египетские горлицы (Streptopelia senegalensis), длиннохвостые сорокопуты (Lanius schach), хохлатые жаворонки (Galerida cristata), удоды (Upupa epops), а иволга (Oriolus oriolus) поёт в тополях в городе. На выезде из города – кольчатая горлица (Streptopelia decaocto) и сизоворонка (Coracias garrulus), здесь же на проводах – около 100 деревенских ласточек (Hirundo rustica).

В 17^-30 снова томительное ожидание у погранотряда, где офицер очень живо беседует с нашими девушками. А небо полностью затянуло, гремит гром и вот-вот пойдет дождь. В 18 час не без сожаления проехали мимо Турткульского вдхр. (купаться некогда!), через красные горки выехали на трассу и въехали в таджикский анклав. Узкие улочки с высокими дувалами, машинам разминуться – целая проблема. До Воруха остается 20 км. Здесь уже рисовые чеки. И везде – майна и египетская горлица.

Горы однотонно-серые, абсолютно без растительности. Дорога прорезала этот невысокий передовой хребтик и вышла к подножью высоких гор – восточной оконечности Туркестанского хребта. Здесь до 20 час стоим у моста через речку Каравшин напротив погранпоста (палатка на той стороне с дорожкой, выложенной из побелённых камешков) – нет у нас разрешения начальника погранзаставы (а из погранотряда не действительно!!!). Закончилось всё ночёвкой здесь прямо на старой дороге – уже под дождём с сильным ветром поставили палатки на окраине урюкового сада с огородами (между ним и речкой рис.249-250).

Рис. 249-250. Вход в ущ. р. Каравшин и место вынужденного лагеря № 7. 23 июля 2004 г.
Фото автора и Roland Schultz

Утром 24 июля, после чаепития, наши женщины поехали искать погранзаставу, без разрешения которой погранпост не пропустил нас в ущелье. Хоть и стыдно прятаться за женские спины, но в данном случае это было единственно правильное решение – мы уже не раз имели возможность убедиться, как они умеют обезоруживать служивых…

Этот вынужденный «лагерь № 7» у входа в ущелье реки Каравшин (близ с. Ворух) находился на высоте всего 1366 м (39^o48’ 59.7’’с.ш., 070^o33’50.6’’в.д.). Вход в ущелье – как каменный мешок. Одни скалы без растительности. Зато по узкому руслу каждый клочок земли возделан: то абрикосовый сад, то картошка, то кукуруза. И глубокий арык к ним. Вот оно, таджикское трудолюбие!

Бродя в этом ограниченном пространстве в ожидании наших «парламентёров», мы вдвоём с Маркусом наткнулись на группу из 3 или 4 камышевок, очень похожих на садовую (Acrocephalus dumetorum). Они «чокали» в абрикосовом саду с огородом, в роскошном кусте шиповника и очень напоминали выводок молодняка. Хорошо рассмотрели, но гарантировать определение мелких камышевок на расстоянии невозможно. Как сказал мне Маркус, какую-то камышевку встретил он на стоянке в Сохе, но далеко – не рассмотрел. Тогда я ещё ничего не знал об открытии большеклювой камышевки (Acrocephalus orinus), вернее, о выделении её из садовых камышевок. И вот только теперь, в свете открывшихся новых данных, эта наша встреча в Каравшине представляет особый интерес…

Рис. 251-253. Общий вид ущелья Каравшин и два главных кустарника: эфедра, растущая местами на каменистых склонах, и облепиха, выбирающая наиболее увлажнённые участки по берегам речки на дне ущелья. 24 июля 2004 г.

В 10 час вернулись с погранзаставы наши женщины и привезли разрешение ехать дальше в ущелье. Впереди нашей машины прямо по дороге бегут объединённые выводки кекликов (Alectoris chukar) – штук 20. Повсюду – укрупнённые выводки кекликов, в одном месте – синяя птица (Myophonus caeruleus). Высота здесь 1500-1600 м. В одном месте для того, чтобы проехать, пришлось заложить брёвнами зияющие прорехи хиленького моста. Дорога здесь отвратительная, наклон полотна постоянно в сторону речки (а у Дмитрия груз наверху!). Местами сыпцы, на которых машины гребут колёсами, как руками.

Рис. 254. Общий вид урочища Бейсемас в ущелье Каравшин и наш лагерь № 8. 25 июля 2004 г.

Несколько раз приходилось идти пешком. Перед ручьем Актерек пришлось остановиться: машины не взяли подъём. Пошли втроём искать место для лагеря и нашли его у парня по имени Доспол, жившего у речки в палатке с отцом. Абсолютно голые склоны (местами – эфедра с плодами) а внизу, у речки, каждый метр освоен человеком: здесь занимаются выращиванием и заготовкой урюка! Стали у Доспола лагерем № 8 (р. Каравшин). По словам отца Доспола, урочище это называется Бейсемас (напротив – перевал Бейсемас), а горы – Дауда (на нашей карте – горы Тодо). Наш лагерь разместился на высоте 1618 м в островке урюковых деревьев на площадочке 200х100 м в излучине реки. Вокруг – крутые каменистые склоны с осыпями.

Рис. 255-256. Первичная стадия изготовления знаменитой кураги. Ущ. Каравшин, Бейсемас.
25 июля 2004 г.

Рис. 257-260. Каравшин, Бейсемас. Будни лагеря: сбор подсохшего урюка, обсуждение маршрута.

Есть кустарник – шиповник, барбарис и др. Урюк культурный, его здесь заготавливают живущие через речку Доспол и его отец. Интересно, что на этой небольшой площадке, кроме урюка (скорее – культурного абрикоса, посаженного людьми) растут несколько старых деревьев ясеня, ивы, а также густые заросли шиповника и барбариса вперемежку с какой-то колючей дерезой, а ниже дороги против родничка – хорошая куртина тростника высотой до 3 м, вперемежку с густым кустарником. Это выглядит особо контрастно на фоне голых склонов, лишенных растительности, не считая эфедры (рис. 252).

Из птиц здесь оказались обычными большие горлицы (Streptopelia orientalis), в одном месте три молча токовали в небе на распластанных крыльях, а потом так же молча гоняли друг друга. Более сотни альпийских галок (Pyrrhocorax graculus) целым роем вьются на фоне тёмных туч перед дождем, поднимаясь все выше и выше, пока не скрылись в вышине; там же высоко в небе парили два сипа (Gyps fulvus?). Несколько раз я и Маркус видели и слышали садовую камышевку (Acrocephalus dumetorum) в месте густого переплетения кустов и тростника; в других местах видели горную овсянку (Emberiza cia) и большого скалистого поползня (Sitta tephronota). В зарослях у речки я слышал голос соловья (Luscinia megarhynchus), а на том берегу речки против лагеря не раз кричала синяя птица (Myophonus caeruleus). Кстати, речка здесь шириной метрoв 10, не больше.

Здесь мы сделали днёвку. Для орнитолога это своего рода праздник – возможность дважды понаблюдать птиц рано утром, а также в вечернее время. А 24 июля праздник вдвойне – половина срока нашей экспедиции!!! Отмечать эту дату стало традицией наших экспедиций – так же, как праздновать все дни рождения или же вручать всем членам коллектива изготовленные в Германии фирменные майки каждой из тянь-шаньских экспедиций с изображением года, серпоклюва и жужелиц.

Утро 25 июля выдалось ясным и тихим: в 6.40 солнца ещё нет, а в 8.00 уже жарко! Узкое дно бокового ущелья Актерек над нашим лагерем, куда я предпринял утреннюю экскурсию, заросло высокими густыми кустами, в т.ч. барбарисом и тамариксом; много эфедры, отдельные кусты арчи у скал. Самая многочисленная птица здесь – кеклик (Alectoris chukar), выводки которых, от 5-7 до 10-15 птенцов величиной с перепела и больше, взлетают почти на каждом шагу (видел их несколько сотен). Большие стаи альпийских галок (Pyrrhocorax graculus) кормятся ягодами низкорослой эфедры и дикой вишни, а попутно ловят кузнечиков. Здесь же, следом за ними, летают одиночки или пары клушиц (Pyrrhocorax pyrrhocorax). Одна из них садилась к нише в скале-обрыве западной экспозиции и из норы навстречу ей вышел уже оперённый птенец! Высота 1859 м. Пара больших скалистых поползней (Sitta tephronota) раскричалась на камне, явно у гнезда. Недалеко от этого места – пара горных славок (Sylvia althaea) и выводок плешанок (Oenanthe pleschanka). В лагере около реки всё так же «чокают» камышевки, поёт синяя птица (Myophonus caeruleus), а на урюк прилетела иволга (Oriolus oriolus).

После ужина, в 19.30, сверху пришли пограничники и забрали девчонок к себе в гости. Почти сразу же пошёл дождь, который лил большую часть ночи. Девчонки вернулись только в полночь, а утром рассказывали, как их хорошо принимали на заставе. Со слов Наташи, пограничники рассказывали, что уларов (Tetraogallus himalayensis) в верховьях реки Каравшин много. Пограничники их часто стреляют и едят. Кстати, по их же словам, и зайцев там много.

Утром 26 июля по ясной солнечной погоде (после ночного дождя) мы покинули этот лагерь и направились вниз, сопровождаемые двумя летающими в небе кумаями (Gyps himalayensis), одним грифом (Aegypius monachus), одним бородачом (Gypaetus barbatus) и десятком альпийский галок (Pyrrhocorax graculus) – этакий почётный эскорт…

Рис. 261-264. В типичных местах ущелья реки Каравшин, Туркестанский хребет. 24-26 июля 2004 г.

К полудню достигли погранпоста на р. Каравшин (у которого ночевали), а в 12.35 были уже на погранзаставе в селе Ворух (и здесь ожидание!). В 15 час закончили обед в открытом кафе на центральной улице Воруха, а в 16 час уже въехали в ущелье реки (думали – Кшемыш, а оказался его приток) по ужасно ухабистой каменистой дороге – машины буквально прыгают с камня на камень, а вокруг – роскошные урюковые сады. Везде идёт сбор урюка. Машина отказалась брать подъём, стали ремонтировать на ходу.

Выше 1700 м свернули влево от основного русла, по дороге, ведущей в Кшемыш, но она становилась все круче и в 16.45 мы вынуждены были остановиться, так как машины дальше не пошли. Пройдя с Мюллером 300 м дороги пешком, мы убедились, что нашим машинам она не по зубам, но зато поняли, что дальше именно эта дорога ведёт на перевал в соседнее ущелье Кшемыш. Здесь на высоте 2000 м – усадьбы с огородами на относительно пологом участке, а на склонах над ними – прекрасные высокоствольные арчовые леса! Достаточно влажно, высокая трава. Пошёл дождь.

Ручей, на котором мы остановились, называется Шаракрама (старик сказал), а речка, с которой свернули – Чептык. Пришлось спуститься к Чептыку и ехать по нему. Поднялись до 2200 м, но и там всё освоено – сёла, огороды, картошка и пр. Даже как будто с высотой эта освоенность не уменьшается, а становится ещё большей! Выше последнего села мы въехали в узкое ущелье с чистой водой, однако и здесь имеются отдельные усадьбы! Высшая точка, которой мы достигли, – 2 480 м. Здесь пьяная компания таджиков, приехавших отдыхать, очень заинтересовалась иностранцами и стала к ним приставать, причём наши уговоры не помогали. Отвязались от них с трудом (пришлось сесть в машины и уехать), вернулись и стали чуть ниже последнего села прямо у дороги, где нашёлся пятачок незанятой земли между дорогой и рекой. Это наш лагерь № 9 на р. Чептык. По карте это река Чечекты, а по-таджикски это место называется «Пали офтобру» (записал на слух). Высота 2104 м.

Рис. 265. Подготовка к обмолоту зерна на трассе. Предгорья Туркестанского хр. 26 июля 2004 г.
Рис. 266. Сады в ущелье Чепты (Чечекты), Туркестанский хребет близ Воруха. 26 июля 2004 г.

Рис. 267-268. Арчевник в верховьях ущелья Чепты и палатки у дороги (лагерь 9). 26 июля 2004 г.

Во время ужина небо затянуло, вот-вот пойдёт настоящий дождь. Пока пили чай и фотографировали замечательную радугу, у Маркуса и Марко, которые поставили свою палатку с краю, чуть ниже остальных, пропали рюкзаки!!! А в них – всё: одежда, деньги, документы, обратные билеты на самолёт!

Ситуация создалась критическая. Пришлось идти в село – искать похитителя. Поиски продолжались до полуночи. И ничего бы нам не найти, если бы не Нигматулло – юрист, окончивший юрфак в Тегеране, но теперь второй год торгует урюком в Казани. Он приехал сюда в гости к брату. Выслушав нас, он заверил, что это дело рук пацанов – ни один взрослый на такое дело не пойдёт. Пошли с ним к его брату, и там Нигматулло допросил его сына. О чём они говорили по-таджикски, я не знаю, только мальчишка сказал ему, кто это может быть. Пошли к ним и, когда зашли в жилище, меня буквально потрясла нищета этого многодетного семейства. Даже о нашем деле, пропавших рюкзаках, как-то стыдно было говорить. Но Нигматулло, как заправский юрист, беспощадно допрашивал двух пацанов-воров. И они признались, что утащили два рюкзака на гору и там запрятали в арчовом лесу (надо же было переждать, пока чужаки уедут!).

Оставив одного из похитителей в нашем лагере, где его взялся воспитывать (речами!) Нигматулло, второго вместе с пострадавшими отправили на гору искать рюкзаки. Совсем стемнело, и «поисковиков» пришлось снабдить фонариками. Оставшийся «преступник», худенький подросток лет 12, сидел на траве, как затравленный волчонок, – жалко было на него смотреть. Это чувствовали все и никакой вражды к нему не проявляли, а женщины накормили его. Глядя, с какой жадностью он уплетает наш нехитрый ужин, я потерял даже остатки неприязни к этому несчастному ребёнку. Ожидание затянулось до полуночи, но, к счастью, всё удалось найти (рюкзак Маркуса был найден только в 7 часов утра), хотя по пути похитители кое-что потеряли. Так, связка ключей была найдена только наутро – они валялись на дороге. Здесь же, над дорогой, мы перед отъездом сфотографировались на память вместе с нашим спасителем Нигматулло…

Рис. 269-270. Высокоствольные арчевники и наш лагерь № 9 у дороги. Верховья р. Чепты,
27 июля 2004.

Рис. 271-272. Завтрак утром 27 июля 2004 г. и фото на память с Нигматулло (слева от Мюллера). Фото Roland Schultz

Весь день 27 июля мы провели в пути: сначала спустились с гор, потом очень долго пытались выехать из Воруха по его кривым улочкам. Попутно выяснили, что уже в Ворухе сливаются Каравшин и Кшемыш и в дальнейшем эта река называется Исфара! В 14 час пообедали в городе Чоркух, это ещё таджикский анклав. В 15 час поехали дальше. Нечаянно заехали в город Исфара (это уже Таджикистан!), сделали лихой разворот прямо перед ступеньками городского суда и возвратились назад в Чоркух. 15^-45 заглохли на ещё таджикской территории (бензонасос). Здесь с обеих сторон очень оригинальные сухие горы, а по их подножию – ядовитая зелень урюковых садов-лесов (рис. 273). С трудом нашли в Сорхе сверток на Баткен.

Рис. 273. Яркая зелень садов и голые скалы.     
Рис. 274. Машинный обмолот зерна в действии. 27 июля 2004 г.

Сделав все дела в губернском управлении Баткена, мы покинули этот городок в 17.15. В сёлах, через которые мы проезжали, я впервые увидел древний способ «молотьбы» пшеницы при помощи проезжающих автомашин: развязанные снопы укладываются ряд за рядом поперёк дороги, и проезжающие машины (и подводы!) попутно выбивают зерно из колосьев (рис. 274).

Среди встреченных по дороге птиц в селе перед Баткеном мне запомнился очень бледный (не такой, как в Тянь-Шане) жулан – по всей вероятности возможно, кашгарский (Lanius isabellinus). На одном из придорожных столбов, несмотря на яркий дневной свет, сидел светлый домовый сыч (Athene noctua bactriana). Везде были обычны майна (Acridotheres tristis) и кольчатая горлица (Streptopelia decaocto), однажды мы встретили египетскую (Streptopelia senegalensis), кормившуюся на подсолнуховом поле. Здесь часто можно увидеть хохлатых жаворонков (Galerida cristata), которым этот способ явно по душе. Кроме них здесь мы встретили сизоворонку (Coracias garrulus), длиннохвостого (Lanius schach) и чернолобого (Lanius minor) сорокопутов, иволгу (Oriolus oriolus), каменку-плясунью (Oenanthe isabellina) и обыкновенную пустельгу (Cerchneis tinnunculus). Но больше всего заинтересовали меня два небольших ворона, сидевших в тени на пасынке столба. Скорее всего, это были пустынные вороны (Corvus ruficollis), во всяком случае, представить себе здесь чёрную ворону (Corvus corone orientalis) ещё труднее: ведь здесь полупустыня – глинисто-каменистые пустынные холмы между совершенно голыми горами с севера и далекими и также сухими горами с юга.

К вечеру начался подъём на перевал через небольшую горную гряду. Перед ней – зелёный оазис – это и есть река Сох. Снова слепой дождик. Пока ожидали проверку паспортов, дождь пошел по-настоящему. Рудник Айдаркен мы проехали в 20^-20 и вскоре стали лагерем № 10 на спуске с перевала, не доезжая 12 км села Оразбеков, которое находится перед Шахимарданом. Высота здесь 1595 м, местность: межгорная долина шириной 2 км, по которой с запада на восток идёт спуск с перевала (шоссе из Баткена в Кызылкия). Каменистая степь – низкие сухие злаки типа костров, щетинников (Setaria viridis), а также: полынь, василёк растопыренный (Centaurea squarrosa) и др. Нередко сёла, посевы, сенокосы. Горы сухие каменистые: повыше, ближе к перевалу, – разреженные высокоствольные арчевники среди тех же камней.

Утром 28 июля Маркус ходил туда на экскурсию и встретил, помимо обоих каменных дроздов – пёстрого (Monticola saxatilis) и синего (Monticola solitarius) – также соловья-белошейку (Irania gutturalis). Я же осмотрел степной орнитокомплекс, представленный в основном полевым (Alauda arvensis) и хохлатым (Galerida cristata) жаворонками, каменкой-плясуньей (Oenanthe isabellina), полевым воробьём (Passer montanus) и обыкновенной чечевицей (Carpodacus erythrinus). Село Оразбеков – через 12 км после лагеря № 10. Крупное и хорошо озеленённое село, встречи горлиц и длиннохвостого сорокопута – именно в этом селе. Река Шахимардан – крупная речка. Вскоре – поворот на Фергану, в этом месте есть посев хлопчатника. Здесь на столбе среди посевов – гнездо белого аиста (Ciconia ciconia).

После вулканизации шин в городе Кызылкия в полдень выехали на Исфайрамсай. В Учкоргоне, где мы остановились на обед, – красивое цветущее дерево мимозы (рис. 275) и хурма с плодами (впервые вижу). Прямо на юг от Учкоргона – ущелье Исфайрамсай, полностью освоенное: село за селом, сады и огороды. Именно здесь мы увидели оригинальные старые кладбища (рис. 276) с рогами диких горных козлов (Capra sibirica) на шестах!!! Пасмурно, все закрыто, сонливая погода, но дождя пока нет.

Рис. 275. Цветущая мимоза в с. Учкоргон.         
Рис. 276. Старое кладбище в Исфайрамсае. 28 июля 2004 г.

Рис. 277-278. Урюковый сад у погранпоста в Исфайрамсае и наш лагерь № 11 в нём. 28 июля 2004 г.

К 15.30 достигли пограничного поста, расположенного на окраине роскошного урюкового сада (сёла уже кончились, но урюковые сады продолжаются). В ожидании командира заставы, который сейчас находится впереди (там проблема с трактором – с той стороны воруют горючее!), пришлось разбить лагерь № 11 (рис. 278). Место называется «пост пограничного контроля Аустан».

Ущелье протянулось с юга на север. Ширина днища 150-200 м. Оба склона сверху на половину в виде отвесных сильно разрушенных скал, а нижняя половина – осыпи с редкими кустиками. Ещё реже встречаются одиночные деревья арчи, в т.ч. на полочках скал. Река бурная, шириной 15 м, уклон в месте лагеря небольшой. По руслу – редкие ивы и небольшими куртинами осины, а на террасе в 7-8 м над речкой, где проходит и сама дорога по ущелью, – старый урюковый сад, в котором мы разбили лагерь с согласия пограничников (абсолютная высота здесь 1300 м).

Утром 29 июля, в 7 час, машина ушла в с. Майдан, на заставу за разрешением, а мы занялись своими наблюдениями. Птиц здесь немного. Я встретил серую мухоловку (Muscicapa striata), желтогрудую синицу (Parus flavipectus) и какую-то пеночку (Phylloscopus sp.) без зелёных тонов, в надхвостье есть рыжеватый оттенок бровь хорошо выражена, но голоса не подала. Маркусу удалось найти гнездо садовой камышевки (Aсrocephalus dumetorum). У воды – перевозчики (Actitis hypoleucos) и синие птицы (Myophonus caeruleus), а в небе нередки беркуты (Aquila chrysaetos), бородачи (Gypaëtus barbatus), чёрные грифы (Aegypius monachus) и белоголовые сипы (Gyps fulvus), а Маркусу удалось увидеть даже трёх кумаев (Gyps himalayensis).

В 9.30 привезли разрешение двигаться дальше, и в 10 час машины уже загружены – нет только Дмитрия, который пошёл ловить рыбу в надежде, что приедут ещё не скоро. Через полчаса выехали вверх.

В месте слияния Кичи-Алая и Сурматаш, которые образуют реку Исфайрамсай, дорога раздваивается. Здесь плохой мостик и двухэтажное строение, а у мостика надпись о том, что это заказник (рис. 279-280). Здесь, на высоте 1620 м, получасовая остановка для сбора энтомологического материала, после чего поехали всё-таки прямо (мостик не внушал доверия) – вдоль Кичи-Алая. В 13 час два винтовочных выстрела, бегущий по осыпям горный козёл, а чуть позже – два человека примерно в том же месте, на левом берегу Сурматаша (вот тебе и заказник!). В одном месте, остановившись для охлаждения мотора у скалы над водой, мы увидели, наконец, белоножку (Microcichla scouleri), а потом – ещё две одиночки! Здесь теснина у реки, водопадики и холодно (высота 1906 м). Рядом на камне сидела бурая оляпка (Cinclus pallasii).

Рис. 279-280. В месте слияния Кичи-Алая и Сурматаш – заказник (въезд через мост). 29 июля 2004 г.

Рис. 281-282. Расширения ущелья р. Кичи-Алай выше слияния с Сурматашем. 29 июля 2004 г.

В 14 час выехали на расширение ущелья (видимо, это и есть Ясная поляна, о которой нам говорили!). Здесь дно расширяется до 100-150 м и занято в основном травянистыми полянами (мокрый луг), а вдоль русла – ивовый тугай. Вскоре пошли огороды, картошка! Высота 2050 м, какое-то жилье и около него – машина «Москвич»! Едем по роскошному высокогорному лугу, а колея дороги залита водой (после дождей?). Вскоре луг сменился широким галечниковым пространством, за которым – участок густого осинового леса у речки – высокий, густой, длиной метров 300! И всё это очень мокрое. Появились заросли облепихи (высота 2045 м н.у.м.)! В этом месте расширение дна закончилось, пошёл прижим скалами с обеих сторон и начался серпантин. Здесь на скале – гнездо синей птицы (Myophonus caeruleus).

На высоте 2120 м – снова небольшое расширение, и здесь живут люди, растут старые тополя, кричит сорока (Pica pica). Очередное расширение закончилось, пошли прижимы, скалы и камни. Дорога не идёт, а прыгает по камням, её уже почти нет, но мы всё ещё едем. На высоте 2 233 м осмотрели наскальные рисунки (рис. 283-284), а через 200-300 м достигли высшей точки путешествия.

Рис. 283-284. Наскальные рисунки в верховьях реки Кичи-Алай (Исфайрамсу). 29 июля 2004 г.

Дорога упёрлась в бывшее озерко (сейчас это просто галечник, залитый водой), к которому с обеих склонов спускаются крупнообломочные каменистые россыпи (рис. 285-286), а по берегам текущей по галечнику речки – отдельные старые ивы, с густой шарообразной кроной (высота этой точки 2 243 м). Часовая экскурсия вокруг озера – по тропе, ведущей через корум (рис. 285) на ту сторону. Оказывается, здесь идёт конная тропа, которая ведёт через перевал в Дараут-Курган (Алайская долина). Туда, как нам сказали, осталось 52 км. Это нам рассказали встреченный всадник и трое пеших с двумя лошадьми, шедшие с Дараут-Кургана. Вышли они вчера, ночевали в Тенгизбае. Перевал снежный, шли через снег. Дорога только такая, вьючная.

Рис. 285-286. Верховья р. Кичи-Алай. Галечник на месте бывшего озера и спускающаяся в него осыпь. 29 июля 2004 г.

Поскольку место для стоянки, с точки зрения Мюллера, не было подходящим, мы поехали назад – искать лагерь платц. По пути чаще всего встречали синих птиц (Myophonus caeruleus), в трёх местах видели их гнёзда. Трижды попадалась бурая оляпка (Cinclus pallasii), но ни разу – белобрюхая (Cinclus cinclus). Спустившись ниже места слияния Кичи-Алая и Сурматаш, мы разбили очередной лагерь № 12 (рис. 287) около оригинального наклонившегося на один бок моста, по которому утром долго не решались проехать.

Это в 10 км выше предыдущего лагеря, высота 1500 м. Ущелье здесь узкое, две отвесные ноздреватые скалы, между ними – дно 50-60 м шириной вместе с руслом речки (ширина ее 5-7 м). По руслу – редкие куртинки тополя (осины), под скалами – кустики лиственных пород и арчи высотой 3-4 м.

Поставив палатки под дождиком, мы почти сразу же чуть выше лагеря увидели двух белошапочных, или водяных горихвосток (Chaimarornis leucocephala). Издали эта птица кажется сплошь чёрной. Рыжий цвет, потемнее, чем у краснобрюхой горихвостки, имеется только на хвосте и брюхе, грудь и зоб чёрные. Белая шапочка ярко выделяется. Ярко-рыжий хвост имеет чёрное окончание, что хорошо заметно, когда она его распускает (обычно при посадке или сразу же после неё, иногда при взлёте). Большую часть времени проводит на мокрых прибрежных камнях-валунах, с которых что-то склёвывает, а чаще спархивает вниз – в щели между ними у самого уреза воды. Голос похож на крик оляпки, но более короткий, стандартный и однократный (цзить…цзить) и произносится через равные промежутки в 10-15 сек. Наконец-то я познакомился с этой птицей, потратив на наблюдения за ней часа два и сделав попытку заснять её на видео! Даже бородач (Gypaetus barbatus), летавший над скалами у лагеря, не смог отвлечь меня от этого… К сожалению, утреннее дежурство до 7.30 не принесло результатов – горихвостки так и не появились ни разу. А в 9 час мы уже отбыли на Кызыл-кия.

Рис. 287-288. Ущелье Исфайрамсу, лагерь № 12 (фото автора) и странный мост выше лагеря.
Фото Roland Schultz

Рис. 289-290. Проезд того же моста машинами (без пассажиров) и древние захоронения.
30 июля 2004.

По пути, в с. Каракыстак, где много яблоневых садов, остановились, чтобы сфотографировать языческие захоронения домусульманского периода – с рогами тэка и хвостом яка (рис. 290).

Дальше по дороге мы не могли не обратить внимание на интересные плакаты, возвещавшие: «Трудна работа, зато хлеб сладок» или: «Обществу – процветание, государству – развитие». Какие умные здесь чиновники! А в Кызыл-кия над входом на базар написано: «Айбек базары», а чуть пониже – «Кыргызстан – страна прав человека». Мудрецы всё-таки живут в Кызылкия!

Рис. 291-292. Ленин и церковь в центре города Ош. 30 июля 2004 г.

Здесь мы распрощались с Наташей и поехали на Ош, до которого от границы Баткенской области оставалось 90 км. И снова попадаются равнинные птицы – сизоворонки (Coracias garrulus), стервятник (Neophron percnopterus). В городе Ош мы долго искали агентство Киргизских авиалиний, чтобы подтвердить вылет группы через два дня из Бишкека. Потом – поиски сувенирной лавки, обед в шашлычной, здание бывшего обкома КПСС на центральной площади с памятником Ленину и кольчатая горлица (Streptopelia decaocto), сидящая на большом пальце у вождя мирового пролетариата… Здесь же, около площади, в парке, мы осмотрели православную церковь. И в 17.30 наша команда выехала из древнего города Ош на Узген.

Солнце, облачность небольшая, но запылённость воздуха в городе Ош жуткая – даже Сулейман-гора закутана пылью. Похоже, что идёт пыльная буря, как и в открытом поле, – тоже пыль и мгла. Из птиц везде по дороге самая многочисленная майна (Acridotheres tristis). Деревенские ласточки (Hirundo rustica) кормятся в воздухе, несмотря на пыльную бурю, летают золотистые щурки (Merops apiaster), а в одном из сёл пролетел чеглок (Hypotriorchis subbuteo).

К 19 час проехали село Кызыл Октябрь, широкую долину Тара (Карадарья), Узген и долину Яссы, а через час остановились во дворе Чирмаша – двоюродного брата Асека, в селе Красный Маяк (всего 9 км от Узгена). Село очень зелёное – сады, огороды, тополя. Рядом – широкое галечниковое русло реки Яссы.

Рис. 293-294. Ночёвка у брата Асека в селе близ Узгена.
Ужин 30 июля 2004 г. и ловля ночных насекомых.

Рис. 295-296. Завтрак утром 31 июля 2004 г. и фото на память с гостеприимными хозяевами.
Фото Roland Schultz

Заночевали прямо во дворе, некоторые разместились на плоской крыше сарая. Ужин на зелёной траве во дворе был сделан по всем правилам киргизского гостеприимства. Выехали 31 июля в 9 час утра, а уже в полдень осматривали гнёзда Ciconia ciconia на хлопковых плантациях за Базар-Курганом, где насчитали 12 жилых гнёзд, в которых были уже большие птенцы. Аксакал-бахчевод рассказал, что лет 10 назад их было очень мало, а за последнее 10-летие аистов стало около 100. Этот участок явно выклинивается из Ферганской долины и занят хлопком, бахчами, меньше – кукурузой (и много воды).

По традиции искупались в Ташкумырском вдхр., не пожалев на это час, а в 20.30 стали лагерем на старом месте в Чичкане, проехав за день 360 км. Здесь сыро: уже три дня идут дожди. Кое-как успели поставить палатки до наступления темноты. Заболел Рейнгольд, но к счастью наши женщины быстро поставили его на ноги. Это лагерь № 14, абсолютная высота 1668 м. На завтра намечено преодолеть перевал Отмёк и попасть в верховья реки Талас.

Мокрым пасмурным утром 1 августа мы оставили Чичкан и в 14.30 остановились на перевале Алабель (3175 м). Пасмурно, ветерок и холодно – до невозможности! Удивила надпись у перевала: «Джалалабадская область, Токтогульский район». Рядом торгует кумысом в бутылках с виду русская девчонка лет 10 (светло-русые волосы, голубые глаза), а зовут её Кульшат! На мои слова, что она русская, ответила резко: «я не русская, я киргизка» и говорит только на киргизском! По словам Анары, такими были раньше все киргизы…

Здесь сплошной низкотравный ковёр из манжетки (Alchemilla sp.) и цветущих остролодочников (Oxytropis sp.), а также одуванчиков (Taraxacum sp.) и звездчатки (Stellaria sp.), местами – эдельвейсов (цветут). Этот сплошной ковёр высотой менее 5 см. Красивые зелёные склоны (рис. 297)! Это то, чего не было у нас на всём маршруте, и что невозможно себе представить в Баткенской области!

Сразу за перевалом, в самом начале спуска в Сусамырскую долину, в обрыве явно техногенного происхождения над дорогой (рис. 298) оказалась колония береговых ласточек (Riparia riparia)! В верхней кромке обрыва, там, где дёрн, я насчитал 49 нор (Маркус – больше), из них занято нор 30. Обрыв южной экспозиции, абсолютная высота 2 820 м. Птенцы, видимо, ещё в гнёздах, и взрослые часто залетают в них – носят корм. Никогда не думал, что эта равнинная птичка может жить на такой высоте в горах!

Рис. 297. Яркая зелень на перевале Алабель.                                 
Рис. 298. Колония береговушек там же. 1 августа 2004.

Рис. 299-300. Последний лагерь экспедиции в истоках Таласа, под перевалом Отмёк.
1 августа 2004 г.

Рис. 301-302. Обратный подъём на перевал Отмёк (3 334 м). Машины в облаках. 2 августа 2004 г.

Здесь же летали две пустельги (Cerchneis tinnunculus), безуспешно пытавшиеся ловить этих ласточек. А выше в небе мы насчитали 6 тёмных канюков (Buteo buteo), но у дороги, всего в 20 м от машины, я видел типичного светлого курганника (Buteo rufinus). У поворота на Отмëк оказалась заправка и столовая. Пока мы здесь обедали, снова пошёл дождь. Во дворе столовой – ряд неожиданных для такой высоты (2 641 м) встреч: майна (Acridotheres tristis), удод (Upupa epops) и даже очень яркий самец испанского воробья (Passer hispaniolensis) на конском щавеле у помойки. Он-то откуда здесь?!

В 14.45 дождик всё идет. Так, под дождем, и поехали на Талас. На ярко-зелёном луговом склоне с камнями при подъёме на перевал Отмёк сидит мокрый от дождя степной орёл (Aquila nipalensis) – ещё одна неожиданность… Пологий подъём на перевал идёт по неглубокой луговой с выходами камней ложбинке, по которой течёт небольшой ручеёк (1.5 м шириной). Этот ручей и есть Отмёк. В 15 час закипел мотор. Совершенно непонятно, почему – ведь только отъехали. Заменили ремень вентилятора (в нём было дело!) и поехали дальше. В 15.40 перевал Отмёк (3 334 м). Дождик идёт, все затянуто, весь перевал в лужах или мочажинах – болотистый. Спустившись на 1000 м с перевала, в 16-30 стали лагерем в верховьях Таласа (2163 м). Дождик перестал и вышло солнце, дав возможность провести первую короткую экскурсию. Но в 19-00 снова дождик. И всё же удалось увидеть почти полтора десятка видов птиц, среди которых самой интересной для меня была встреча желтоголовых трясогузок двух разных подвидов – сероспинного (Motacilla citreola werae) и черноспинного (Motacilla citreola calcarata), самцов с кормом (видимо, здесь гнездо) всего в 50 м от места, где был сероспинный самец! Рассмотрел его хорошо с расстояния 8 м: ярко-чёрная спина, уже начал линьку. Даже в полёте была хорошо видна чёрная спина.

Это место не более 2-3 км от начала реки. Здесь широкая луговая долина спускается к северу. Правый склон (западной экспозиции) – это разрушенные красные скалки прямо у лагеря, поросшие кустиками арчи и лиственными. Дождик до 16.30, потом взошло солнце перед закатом, а после заката – снова дождь, который продолжался всю ночь. Утром 2 августа сильный холодный ветер высушил наши палатки, а ясная погода позволила осмотреть окрестности. Вообще местность сильно открытая – лишь одиночные арчи высотой до 2-3 м. Ширина самой речки Талас 5-6 м. Поскольку уклон в этом месте небольшой, она течёт перекатами. Местами у воды – отдельные крупные кусты ивы.

Едва просохли палатки, мы в 9 час выехали из этого последнего лагеря обратно. По пути встречались обычные птицы – ничего достойного внимания. Разве что наблюдения за охотой курганников (Buteo rufinus). На подъёме к перевалу Тюз-ашу три курганника висели в воздухе, трепеща крыльями, как пустельга, а потом, сложив крылья, пикировали по соколиному с высоты и садились на землю или на камень. Посидев там 5-10 мин, снова взлетали и повторяли то же самое. Они явно кого-то ловили, но кого? Из машины этого не рассмотреть. Кстати, отсюда, сверху, хорошо просматривался вход в ущелье Кокомерен, через которое идёт дорога дальше во Внутренний Тянь-Шань – на Чаек, Арал и т.д. (где мы проезжали в прошлый раз).

Уже в северных предгорьях Киргизского Алатау, перед Сосновкой, отвалился кардан в машине Асека. Отсоединили его, забросили на крышу и поехали дальше на одном передке (Дмитрий так едет со вчерашнего дня!). Доездились…

На западе – страшная чёрная туча, но дождя пока нет. А на фоне этого чёрного неба, низко над полями – от гор на равнину – стелется огромное скопище грачей (Corvus frugilegus), не менее 3000-5000. Впечатляющее зрелище! Всюду стаями по 20-40 птиц летают розовые скворцы (Pastor roseus). А мы едем потихоньку – без кардана. Как только вышли на бишкекскую трассу, дождь нас накрыл – настоящий ливень! Но уже в 16.30 дождь отшумел, везде – огромные лужи и потоки. Вышло солнце, и на фоне блестящей после дождя мокрой зелени мы торжественно въехали в Бишкек…

Рис. 303. Экспедиция закончена. За 18 дней пройдено 2 300 км горных дорог… Бишкек, 3 августа. Фото В.И. Тороповой

Продолжение следует

А.Ф. Ковшарь, 23 июля 2024 г.